Цвей
Борис Лейбович
В 1941 году 23 июня приказом по институту за № 1 был направлен в военкомат "в связи с призывом в ряды РККА" и в течение 6-ти месяцев находился в запасной бригаде, где формировались батальоны для отправки на фронт. В декабре 1941 года Цвей Б.Л. был направлен в формирующую 146-ю стрелковую дивизию г.Казани. В феврале 1942 года эта дивизия была командирована в Тульскую область, а в марте 1942 года в должности командира взвода автоматчиков 698 стрелкового полка Цвей Б.Л. был направлен на Западный фронт в район боев под селом Фомино, где был ранен в руку, но продолжал воевать.
12 июня 1942 года Борис Лейбович был ранен в ногу и находился на излечении в полевом госпитале до 31 августа 1942 года. После госпиталя в составе того же 698-го стрелкового полка, в должности командира взвода противотанковых ружей, находился на Калининском фронте (предварительно пройдя учебу по новым видам оружия в Калуге).
12 ноября 1943 года во время боев на калининском фронте был тяжело ранен (проникающее ранение в грудную клетку) и находился на излечении в разных госпиталях: городов Бежецка, Ярославля, Вологды. 19 июня 1944 года, излечившись, был комиссован с заключением: "ограниченно годен, I степени" и был направлен сначала в эвако-пункт, а затем в госпиталь Вологды - методистом по лечебной гимнастике, где прослужил до 9 декабря 1945 года и был уволен в запас приказом Беломорского военного округа в звании "старшего лейтенанта административной службы медицинского состава".
Из воспоминаний Бориса Лейбовича Цвея:
- Апрель 1942 года. Мы в обороне, весна затянулась, была сильная распутица и непролазная грязь. Двигаться можно было только пешком, а лошадь вьюком. Обороняясь, немцы взорвали плотину и вода разлилась по всему лесу там, где стояла наша часть. Отходили мы в полном смысле слова по пояс в холодной воде, а вокруг плавал лед. Потом мне пришлось сушиться над костром несколько дней, после этого у меня стали опухать ноги, и все тело покрылось прыщами. И только в мае, когда солнце стало пригревать, я стал принимать солнечные ванны, и болезни отступили.
В одном из наступательных боев я был ранен двумя осколками: одним в мягкую ткань руки, а второй летел в живот, где на счастье висел на ремне запасной диск с патронами от автомата ППШ, который и спас меня от неминуемой смерти. Но все равно сильным ударом осколка я был сбит с ног и упал. Подошедший санинструктор перевязал мне руку и, обратив внимание на мои жалобы на боль в животе, обнаружил, что весь живот у меня желтый.
1942 год. Мы в обороне. Я шел с донесением из штаба нашего полка в штаб дивизии. Внезапно надо мной появился немецкий самолет, и, обнаружив меня, стал обстреливать из крупнокалиберного пулемета. Сначала я бежал от него зигзагами, но, увидев впереди яму с водой, прыгнул в нее и затаился. Самолет, сделав надо мной круг, и, наверное, подумав, что я убит - улетел. Повезло!
Был еще такой случай. Меня отозвали для подготовки лыжного десанта в соседнюю деревню. Однажды начался артналет. Недалеко от дома разорвался снаряд. В это время я стоял за шкафом, перевязывая лицо, опухшее от флюса. Осколок, пролетев через стену, пробил шкаф, меховой жилет и ранил меня в мягкую ткань ключицы. Рядом стоявшая кровать была вся во вмятинах, а одному из солдат, который хотел выйти из избы, выбило осколком оба глаза. На войне, как на войне!
Конец апреля 1942 года. Ночь, холодно, я в лесу, в шалаше. Развел костер, накрылся шинелью и крепко заснул. Очнувшись, я обнаружил, что костер погас, а полрукава шинели сгорело. Что же делать? Спас находчивый солдат, который из моей суконной портянки соорудил рукав. Мы в обороне, разместились в землянках, которые были построены на поле, где была не убрана рожь. И в первую же ночь толпы серых мышей атаковали нас. Не было никакого спасения от них. Стали применять химию, но страшная болезнь тюляремия все-таки появилась, а это высокая температура, слабость и осложнения на некоторые органы, многие солдаты оказались в госпитале. Меня опять Бог миловал! В начале войны в армии еще не было ни бань, ни дезокамер. И нас атаковали вши. Спасение было одно: разводили костры, снимали одежду и трясли над огнем. Стоял жуткий треск от такого количества насекомых. Но вскоре все наладилось - появились дезокамеры и бани.
***
С 25 декабря 1945 года Цвей Б.Л. вновь стал преподавателем кафедры физкультуры и спорта КХТИ (Казанский химико-технологический институт). С марта 1948 года в течение 22-х лет был зав.кафедрой и проработал им до ухода на пенсию, но остался работать на кафедре в должности ст.преподавателя еще до 1984 года. В 1984 году Борис Лейбович избирался народным заседателем Вахитовского районного суда г.Казани. Был членом Совета ветеранов комитета по физической культуре и спорту при Совете Министров ТАССР. На протяжении всех лет работы многократно награждался грамотами и благодарностями.
Во время трудовой деятельности еще до войны Цвей Б.Л. работал тренером по спортивной гимнастике в детской спортивной школе СО "Динамо" и спортивной городской школе молодежи. В течение последних 12 лет работы в КХТИ вел "группу здоровья" сотрудников данного вуза.
В день 90-летия Министерство по делам молодежи и спорту РТ выразило благодарность за многолетний и плодотворный вклад в развитие физической культуры и спорта, поздравило и вручило "Благодарственное письмо".
Материал предоставлен ГБУ "Дворец спорта" (составитель - Зименс Е.В.), г. Казань.